Кремлевский легочник

12 июня 2018 (11:14:12)

ГЛАВА 2. КРЕМЛЕВСКИЙ ЛЕГОЧНИК

Начало первого аспирантского года оказалось неудачным. Вместо того, чтобы продолжить свои исследования, начатые в ординатуре, Доктору пришлось заняться оформлением огромного количества бумаг для утверждения диссертационной темы в Ученом совете института. Сидя за пишущей машинкой, он с недоумением рассматривал очередной бланк с бредовыми вопросами типа «сроки выполнения работ», «ожидаемые открытия, изобретения или рацпредложения», «экономический эффект от внедрения» и прочей чушью, обязательной для плановой науки развитого социализма.

«Да, – размышлял Доктор, рассматривая весь этот бюрократический бред, – вряд ли бы Ньютон открыл свои законы при социализме! Его бы прежде подобные бумаги доконали! Или закон всемирного тяготения… Сначала запланируй, а потом уж открой!».

«А уж каким окажется результат исследования зеленых и вонючих соплей, наверное, и самому Господу Богу неизвестно!».

Здесь автор хочет пояснить тем, кто не читал «Записок ординатора», что заведующий кафедрой – Шеф «свалил» на Доктора совершенно неподъемную тему по исследованию транспорта слизи и очищению бронхов от мокроты, которую на кафедре не могли осилить, как ни старались. Ну, а Доктор, вынужденный этим заниматься, называл эту тему просто – «исследование соплей»…

Но хочется или не хочется, даже для «сопливой» темы приходится бумажки эти заполнять. Придумывая попутно черт знает какую отсебятину, да еще в трех (!) экземплярах. Один экземпляр для кафедры, второй – для института, а третий – для Минздрава.

«Хотя, по правде говоря, когда все утверждено, результат – успешная защита – обеспечен на сто процентов! Запланированное исследование. Даже если и полный бред в итоге…», – успокаивал себя Доктор, когда оформлять эти бумажки и собирать подписи на них становилось просто невмоготу.

Особенно напрягала необходимость «отлавливать» Шефа по утрам у его кабинета, чтобы тот поставил небрежно, на ходу, три очередные закорючки-подписи на новой «порции» документов. А на ходу потому, что Шеф стал отчего-то редко задерживаться на кафедре. Хотя и появлялся, как водится, регулярно на утренней конференции. А всезнающие Парторг и Завуч с важным видом и поднятым кверху указующим перстом шептали «по секрету», что Шеф сейчас ну уж очень как сильно занят в Кремлевском управлении со своим новым подопечным – Легочником.

«Вот и настал звездный час Шефа!» – шептались между собой кафедральные, обсуждая стремительные перемены, происходившие в политической верхушке советского общества, будто ощущая свою принадлежность к чему-то важному. А перемены эти были действительно стремительны, хотя и вполне предсказуемы. Как и участь любого человека, пережившего семидесятилетний рубеж.

«Одни после смерти попадают в рай, другие в ад. Но члены Политбюро станут все депутатами РАЙсовета», – мрачно шутил Доктор, указывая пальцем в небо.

Так и выходило. Вначале отбыл туда Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель президиума Верховного совета, пятикратный герой и прочая, прочая, прочая… За ним последовал и его приемник, ранее возглавлявший КГБ и прославившийся тем, что начал правление с укрепления в стране дисциплины труда: менты и чекисты отлавливали несознательный элемент, сбегавший в рабочее время за покупками в гастрономы и универмаги, чтобы успеть отовариться днем. Ибо к вечеру прилавки всех магазинов всегда оказывались пустыми.

Но видно, Богу не понравился бывший КаГэБист с его диктаторскими замашками. И следующим к власти пришел непонятно откуда взявшийся Легочник. Широкие массы трудящихся о Легочнике, как говорят, «знать не знали и слышать не слышали», пока не увидели его на погребении КаГэБиста в качестве председателя похоронной комиссии. Но поскольку с этой временной должности прямиком попадали в генсеки, всем стало ясно, кто возглавит государство в очередной раз. Только вот надолго ли? Тучный и старый, с одутловатым лицом, приподнятыми к ушам плечами (из-за выраженной эмфиземы легких), с трудом взбиравшийся на трибуну мавзолея, он тоже не внушал никаких надежд на перспективу.

Но для Шефа это и стало тем самым звездным часом, которого ждут, ждали и всегда будут ждать кремлевские «генералы» от медицины. Заполучить больного по своей специальности правителя означало также заполучить и долгожданный профильный институт, и новых сотрудников в его штате, и соответствующее финансирование. Ну, а дальше, и звание академика, и награды, и прочие блага во все времена (а не только при «развитом социализме»), положенные лишь избранным. Хотя для Шефа более важными представлялись не блага, а власть. Возглавить всю пульмонологическую науку страны! Чтобы из Москвы, а не из Ленинграда, где находился Всесоюзный НИИ пульмонологии, исходили руководящие идеи и методические указания. По правде говоря, НИИ этот в Ленинграде очень раздражал и вызывал зависть у Шефа, как своим научным авторитетом, так и статусом ведущего научного учреждения СССР. Раздражал до такой степени, что он прилагал все усилия и связи, чтобы одного из конкурентов – профессора и заслуженного деятеля науки – не подпустить к членству в Академии. Ведь это он – куратор членов Политбюро, должен был, по здравому разумению, быть первым из академиков и руководить советской наукой! И нынешний глава государства – Легочник – должен был ему в этом помочь…